Ради моего же блага

Джованна унаследовала от отца семейный бизнес, занимающийся промышленной — но фактически ремесленной — обработкой природного камня. У женщины нет партнёра, и хотя она поддерживает близкие отношения с матерью Лилией и 15‑летней дочерью Алидой, кажется, ей не удаётся выстраивать с ними по-настоящему доверительные отношения и быть до конца откровенной. Поэтому, когда она заболевает, она скрывает это от девочки и говорит только с матерью, потому что выясняется: единственным лечением стала бы срочная пересадка печени от совершеннолетнего кровного родственника. Но Лилия не может ей помочь, потому что… она не её родная мать. Джованна узнаёт, что её удочерили, и что она прожила жизнь в неведении этой важной для собственной идентичности истины. И она начинает поиски своей биологической матери — единственной, кто действительно мог бы спасти ей жизнь.